Старый Саратов
Логотип музея
Современный Саратов
Версия для слабовидящихОбычная версия
Размер шрифта: A A A Цвет: A A A

2 марта 2013 г. Посёлок Сокол.

2 марта. Экспедиция в Сокол

Стартовая точка экспедиции – 3-я Дачная, откуда мы отправились к месту назначения - поселку Соколовый, известному в народе как Сокол, ранее - Разбойщина. Пока ехали, Игорь Сорокин, руководитель проекта, зачитывал нам фрагменты с описаниями природных зон и названиями всех растений, встречающихся в окрестностях Саратова. Всю эту ценную информацию он обнаружил в брошюре 1968 года…

На остановке  в поселке встретило нас пустое здание с заколоченными окнами. Как оказалось – бывшее летное училище, вокруг которого когда-то сформировался поселок летчиков.

Первым пунктом назначения стала местная, бирюзового цвета, школа, где нам обещали помочь с проводником. Нас радушно встретила преподаватель экологии Наталья Леонидовна Сарычева и заведующая школьным  музеем -  учитель истории Вера Владимировна Шестова.  Она и провела для нас экскурсию по  этому музею, рассказав о необычной истории поселка Соколовый (подробнее). Нынешнее название он получил в 1961 году, а с 1819 года село называлось «Разбойщина».  На красивые окрестности обратил внимание саратовский купец Шмидт, выходец из поволжских немцев. Он построил здесь особняки и конюшню, оранжерею,  устроил пруды. Лето семья Шмидтов, как правило, проводила на даче в Разбойщине. Здесь были все условия для хорошего отдыха - гамаки, качели, крокет, купание в ухоженном пруду, который был совсем рядом. Были даже миниатюрные экипажи, в которых запрягали пони.

Местное предание гласит, что вода местных родников - а их и сейчас здесь полтора десятка - привлекла все того же промышленника Шмидта своим вкусом. И будто бы он стал эту воду поставлять железнодорожными цистернами чуть ли не в Германию,  для производства водки. Население поселка и по сей день пьет родниковую воду, поступающую из водопровода.

В школе нам выделили  двух проводников  - местных школьников Пашу и Сашу, которые, как оказалось, облазили все окрестности. Вооружившись кто фотоаппаратом, кто камерой, мы в новом составе отправилась на поиски родников.

Первые следы истории мы увидели практически сразу. Это был один из деревянных домов Шмидтов. Рядом с домом возвышается старая сосна. По словам наших провожатых, ей не меньше ста лет.

Проводник Саша подробно рассказал, что в поселке  имеется четыре пруда, питающихся местными родниками.

Мы спустились к плотине, разделяющей первый и второй пруды. Первый оказался почти полностью заросшим деревьями. Участь второго была еще более  печальной.  Он используется для сброса канализации. В него сливаются нечистоты со всех окрестных домов. Родник, который мы обнаружили рядом с этим прудом, протекал под корягами и местами был  замусорен.

Дорожка на плотине изогнулась, и мы вышли к следующему, третьему пруду, довольно обширному, с водой, замерзшей необычно - под уклоном. Игорь Сорокин высказал мысль, что вода не подчиняется здесь законам физики, а значит, тут действуют законы метафизики. Жаль, что все оказалось банально: лед тает где-то быстрее, где-то медленнее, и вода поэтому замерзает  столь необычным образом. Родник там вытекал из маленькой бетонной трубы.

Поднялись выше. Путь лежал через безлюдный поселок с домами старыми и новыми. В здешних домах, в основном, живут бабушки-дедушки.  По дороге встретили забор, украшенный маленькими металлическими лошадками - творческий народ живет в поселке. Дорога потянулась в гору - слева пустырь, справа - теплица с неубранными, как нам показалось, плетями  помидорно-огурцовой ботвы. По дороге нам встретилась только одна живая душа – пес, который фотографироваться на память не пожелал, зато облаял.

Поднялись. На самой кромке леса возвышался внушительных размеров особняк   Шмидта. Некогда величественный и ухоженный, сейчас он представляет печальное зрелище и напоминает дом с привидениями. Но, несмотря на то, что особняк и выглядит заброшенным - без стекол, с частично сохранившейся старинной черепицей - он оказался обитаемым. Как сказали проводники, там сейчас проживает лесник.

Но чего нельзя не признать - вид на поселок со стороны дома открывался чудесный. Насмотревшись и нафотографировавшись, мы стали спускаться к четвертому пруду.

Пруд оказался большим, и даже с мостками.   Проводники поведали, что летом на пруду бывает столько народу, что яблоку упасть негде.

Поначалу решили идти через пруд, но  ребята убедили, что в обход безопаснее: родник размывает лед, да и весна не за горами. По  узенькой тропке мы вышли к роднику «Серебряный источник». Он обустроен и даже освящен.

Пока руководитель экспедиции записывал голос родника на камеру, мы разглядывали кормушки для птиц, во множестве висевшие на деревьях. Творчество местные жители проявили и здесь. У одной кормушки было даже витое металлическое украшение. Здесь решено было остановиться - подкрепиться. Но только мы  взялись за стаканчики с горячим чаем, к кормушкам спустилась белка - видимо, решила составить нам компанию.  Перекусив, двинулись дальше, залезли на гору и пошли через лес. Прошли мимо котельной и снова по узкой и опасной тропинке вышли к купели - небольшому бассейну, выложенному кафельной плиткой. Судя по отпечаткам ног внизу, тут либо недавно купались моржи, либо его недавно чистили. Местные следят за купелью - воду периодически сливают.

Далее мы спустились к  пруду с плотиной и  бетонным сооружением, видимо, накопителем для воды. Решили идти на самый верх поселка, к месту на горе, где когда-то была церковь. Наш путь пролегал мимо отвесного среза пласта земли, я пыталась найти там культурный археологический слой, но, к сожалению, его там не оказалось. Зато начальник экспедиции, Александр Башкатов, рассказал, что это  за отложения с геологической точки зрения, и объяснил, что такое суглинок и супесь. Оказалось, суглинок - это смесь песка с глиной, где больше глины, а супесь - наоборот.

Весна, похоже, обгоняла нас, и хоть и поднялся сильный ветер, снег уже заметно начал подтаивать.

Поднявшись на гору, увидели два больших круглых сооружения, напомнивших мне декорации к фильму о последствиях Апокалипсиса. Это оказались водоотстойники, но в ужасном состоянии. Ржавые пластины хлопали на ветру, вода выливалась и замерзала снежными водопадами. А рядом мы увидели следы старинной церкви: от нее остались одни ступеньки. Вид оттуда открывался потрясающий: леса, холмы, поселок и пруды. Постояли, попредставляли, как это прекрасно было в XIX веке, и стали спускаться вниз, к школе.

По дороге увидели картину, мне кажется, уже невозможную для города - детей, пускающих кораблики в лужах. Пройдя мимо финских домиков (почему финских, я не помню) и воробьев, купавшихся в луже,  снова вышли к школе, словно по кругу прошлись. Решили домой не ехать на маршрутке, а пройтись до трамвая на 10-й Дачной.

В школе нам объяснили, как добраться. Позже уже поняли, что нужно было попросить нарисовать карту. Весна к тому времени вовсю заявила о своих правах - топали мы уже не по снегу, а по лужам. И вот, на первой развилке, видимо, свернули не туда. Поплутав среди безлюдных дач, сделав бесчисленное количество поворотов, вышли к военному полигону. Это огромное сверкающее снежное поле, на котором кое-где торчали какие-то постройки. Наша группа растянулась в цепочку и стала напоминать полярников, покоряющих северный полюс. Нам еще повезло, что ветер был в союзниках - дул в спину.

Снова углубившись в ряды дач, наконец, дошли до мест, узнанных остальными членами экспедиции - они бывали здесь раньше. Запутанными ходами вышли к роднику, обустроенному еще в начале XX века Крестьянским поземельным банком. Здесь допили оставшийся чай, доели припасы и, поднявшись по явно старинной каменной лесенке, вновь двинулись мимо пустых дач.

Наша экспедиция подходила к концу, даже погода стала резко портиться - налетела туча, пошел снег.

Наконец, пройдя Поливановку, мы выбрались к конечной цели - остановке трамвая № 6. Но решили не ждать его и погрузились в маршрутку до 3-й Дачной.

Круг замкнулся.  Продолжение следует...

Анна Кашникова